Российский боец тяжелого веса UFC Сергей Павлович в интервью MMA.Metaratings.ru дал характеристику своему сопернику Кертису Блейдсу, с которым он проведет бой на турнире UFC Fight Night 222, объяснил, как его изменила служба в армии, а также признался, что конструктивную критику в свой адрес он слышит после каждого боя.
«Блейдс – опасный крепкий парень»
— Сергей, какую характеристику вы можете дать Кертису Блейдсу? Находится ли он на пике или на спаде?
— Боец высокого уровня, который уже долгое время находится в первой пятерке. Развитый и разносторонний. Может тяжело ударить, что мы видели в его боях. Хорошо борется. Опасный крепкий парень.
— Хватит ли ему духу зарубиться с вами?
— Посмотрим, бой покажет. Не могу за него отвечать.
— Как борец он представляет особую угрозу по сравнению с предыдущими вашими соперниками?
— Борьба – его главный конек по сравнению с предыдущими оппонентами. Конечно, он будет стараться переводить меня на канвас.
— Вы занимаете третью строчку в рейтинге тяжеловесов UFC. Выше вас находятся Сирил Ган и Стипе Миочич. Один за титул подрался, другой должен подраться в следующем поединке. Если Джон Джонс будет тянуть с защитами, вы проведете еще один промежуточный бой или будете настаивать только на встрече с чемпионом?
— Сначала бой, а потом посмотрим. Не следует делить шкуру неубитого медведя. Все по факту.
«Удивляет, как Джонс сохранил голод к боям»
— Какое мнение у вас о бойцовских качествах Джона Джонса?
— Он сколько лет уже выступает, много защит провел. Я удивляюсь, как можно все это время драться и сохранить голод к боям. Как он это в себе воспитывает, выдерживает. Конечно, он опасен. Он – пример для других. Был чемпионом в 93 кг и сейчас выиграл пояс в тяжах.
— Его можно поставить в один ряд с Мухаммедом Али?
— Считаю, что он, конечно, выдающийся боец и так далее. Но сравнивать спортсменов – чуть неблагодарное дело, потому что все достигли своих заслуг в разные времена. Все тяжело трудились, пахали, чтобы к этому прийти. Неправильно уменьшать чьи-то заслуги. Если ты стал чемпионом, ты уже чемпион, и никто у тебя это уже не отнимет.
— Лично для вас, как соперник, Джон Джонс удобнее, чем Фрэнсис Нганну?
— Кто бы что ни говорил, не бывает удобных соперников, потому что у нас не бокс, у нас смешанные единоборства. Все бойцы понимают, что нужно развивать разные стороны. Если ты, например, борец, начинаешь развивать больше ударку. Соперники будут ждать прохода, а твоя задача чем-то удивить. Поэтому не существует такого понятия как «удобен». Все бойцы постоянно работают над новыми аспектами, развиваются.
«С самого детства думал стать чемпионом UFC»
— Когда вам впервые на полном серьезе пришла мысль: «Я могу стать чемпионом UFC»?
— Я всегда об этом думал. С самого детства, когда увидел первый выпуск. Если бы у меня не было стремления к этому, я бы не тренировался.
— Пока вы владели только поясом чемпиона Fight Nights. Держит ли с вами контакт Камил Гаджиев, интересуется ли делами?
— Особо нет. Скажем так, у всех людей свои задачи.
— К предыдущим боям вас готовил Артем Бэра. Сейчас он не смог получить американскую визу. Планируете ли с ним сотрудничать в будущем?
— Нет. Наши пути разошлись. Готовимся по-другому.
— Кто сейчас является вашим тренером?
— Сейчас Андрей Клопнев и помогают ребята из American Top Team.
— Кто составляет программу подготовки и геймплан?
— Мы вместе садимся, расписываем. Они составляют план, а я вношу коррективы.
— Кто будет в вашем углу во время поединка?
— Андрей Клопнев, Артем Левин и Стив Мокко.
«Хабиб и Махачев – бойцы одного уровня»
— В чем вы видите причины своего единственного поражения в карьере помимо акклиматизации?
— Я ни в коем случае не оправдываю то, что произошло. В принципе, был неплохо готов. Но никогда не попадал под акклиматизацию. Выходишь, и у тебя даже не 50, а 70 процентов сил отобрали.
— После работы с вами Вадим Немков отказался от перехода в тяжелый вес. Какими «аргументами» вы его переубедили?
— Он шутил. Вадим – очень крепкий парень. В 93 кг он физически развитый и сухой, очень разносторонне развитый боец. Если у него будет желание перейти в тяжелый вес, никакой проблемы не возникнет. Он может побороться. Может сделать болевые приемы. В стойке он хорош. Бьет руками, ногами, думающий и хорошо дышит. Полный комплекс. Во всех аспектах хорош.
— Чем вам запомнился Хабиб Нурмагомедов, когда он тренировался в АКА?
— Хабиб – это жесткий пахарь. Его борьба… Из всех, с кем я видел его работу, никто не мог встать после его борьбы. Как каток.
— Ислам Махачев с ним тогда тоже тренировался?
— Да. С Исламом они очень похожи. Махачев такой же пахарь. В принципе, они одного уровня. Я не думаю, что у них были сверхсхватки. Просто помогали друг другу работать. Он тоже очень крепкий, и мало кто мог встать из-под него.
— Как относитесь к критике или похвале в свой адрес?
— Конечно, приятно, когда хвалят. Критика – ровно. Все люди разные. Нельзя быть для всех хорошим или плохим. Абсолютно нормально.
— Спросил об этом, потому что Нурмагомедов очень высоко оценил ваши шансы на титул. Хабиб обычно похвалами не разбрасывается. Если хвалит, значит, есть за что. Его оценка является для вас особенной?
— Конечно, очень приятно. Приятно, когда так говорит человек, который является экспертом в этом виде спорта и достиг наивысшей цели. Конечно, всегда приятно слышать.
— Поскольку ваши бои заканчивались очень быстро, критику в ваш адрес найти трудно. Когда последний раз вы получали именно конструктивную критику?
— На самом деле после каждого боя есть ряд нюансов, которые нужно было сделать по-другому.
«В UFC с переводчиками уже все в порядке»
— Одним из вирусных роликов с вашим участием является видео, где вы не поняли переводчика в послематчевом интервью.
— Думаю, не я один не понял.
— Согласен. Я тоже, но камера снимала вас. Будет ли этот человек присутствовать на ближайшем турнире UFC?
— Как я понял, нет. В UFC уже все в порядке с переводчиками.
— Насколько комично выглядела ситуация с вашей стороны?
— Когда прошел бой, я особо и не заморачивался. Потом, когда после боя эмоции остыли, видео начало разлетаться во все стороны, посмотрел. Да, смешно.
— Не знаете, кто он, почему его к вам поставили?
— Нет.
«Не жалею, что пошел в армию в 18 лет»
— Расскажите, какое влияние на вас оказала служба в армии?
— До армии я больше думал о себе, был эгоистом. В армии понял, что у меня есть еще родители, близкие, родственники. Если ты что-то делаешь, каково будет им? Ладно ты сам, а что те, кто тебя воспитывал, вкладывал в тебя душу и так далее. Им будет вдвойне или втройне больнее. Повзрослел, стал по-другому смотреть на вещи.
— Полезно ли молодому человеку пройти службу в армии?
— Я не жалею, что в 18 лет пошел в армию. Там я повзрослел, стал самостоятельным. После армии поменялись ориентиры. Перестал общаться со многими друзьями, с которыми общался ранее, потому что общие интересы остались в детском мире. Мне нужно было идти во взрослую жизнь, трудиться, не тратить время впустую. Конкретно я о службе в армии не жалею.
— В этом контексте у меня складывается ощущение, что вы не тратите время на сериалы, фильмы, компьютерные игры…
— Нет, почему? Бывает, смотрю. Нет такого, чтобы я каждую минуту что-то читал и так далее. Я такой же человек. Вопрос в другом. Я повзрослел. Стал лучше понимать, что такое ответственность. Ты несешь ответственность не только за себя. У тебя есть родители. Ты должен понимать, что если ты что-то делаешь, каково будет им. Начал думать не только о себе.
«Надо каяться за свои грехи»
— В армии вас покрестили, и сейчас каждое воскресенье вы ходите в храм. Зачем? Что вам это дает? Как к этому пришли?
— Это дом Божий. Конечно же, я не идеален. Как правило, каждый день как-то грешишь. Надо каяться за свои грехи, становиться лучше, стремиться к этому. Мне становится легче после искупления. Я чувствую себя чуточку лучше.
— Сколько грехов за неделю успеваете сделать?
— Вы же понимаете, где-то там матом сказал или что-то в этом духе. Мы все люди. Чтобы быть правильным, нужно от всего мирского отойти. В нашей жизни трудно быть человеком, который не будет грешить.
— Вы прочитали «Войну и мир» во взрослом возрасте. Стоит ли прочитать эту книгу, и если да, в каком возрасте?
— Рекомендовать не могу. Это дело каждого. Но свои выводы я сделал.
