14 июля на YouTube-канале Smol Talk вышел обстоятельный подкаст с Хабибом Нурмагомедовым. Непобежденный экс-чемпион и член Зала славы UFC обсудил с Федором Смоловым много интересных тем: текущую ситуацию в UFC, перспективы Усмана Нурмагомедова, грядущий поединок Ислама Махачева, индустрию единоборств, бизнес, футбол и многое другое. MMA.Metaratings.ru приводит самые интересные фразы Хабиба из интервью.
«UFC больше ничего не нужно, у них есть контракт с Paramount»
Чувствуется некий спад у UFC. Но если говорить про бизнес: они подписали соглашение с Paramount на семь лет – 7,7 миллиарда долларов. Лига получает от вещателя 1,1 млрд долларов в год.
У промоушена самое главное – контракт с телевидением. Возьмем мою лигу Eagle FC. Когда есть соглашение с телевидением, идешь к спонсорам и говоришь: «Вот лига, вот бойцы, вот контракт с телевидением – хотите освещаться у нас?» У UFC сейчас контракт на семь лет – это Paramount, Apple, Netflix, они все в одной строчке. Им уже больше ничего не нужно. Спонсоры дополнительные не нужны. Провел успешный турнир или нет – они по-любому получают деньги. Огромные деньги. Тебе больше ничего не нужно.
Будут ли работники, которые искали спонсоров, заходить в разные страны – другой вопрос. Сейчас в Азербайджане турнир был. UFC нужно в Баку зайти или Баку нужно, чтобы UFC приехало? Баку. Переговоры идут, что в Узбекистан приедет лига. UFC это нужно или стране? Стране.
10 лет назад кому нужно было? UFC. В 2026-м уже странам нужно: привести UFC в Малайзию, сделать турнир в Ташкенте, Индия хочет провести ивент – они сами хотят привлечь такой бренд, как UFC, а потом уже туристов и деньги. 10 лет назад другая картина. Сейчас UFC вышел на уровень АПЛ, NBA, хоккея, Лиги чемпионов.
«UFC нужны такие как Федя, как Хабиб, чтобы люди просыпались по утрам»
Лига выросла, и ты не можешь ее успех убавить. Был ли я маленьким кирпичиком в этой стене? Однозначно был. Я рос вместе с UFC, но я рос на их площадке – это надо признать. Сейчас есть бренд, под ним выступают бойцы. На тот момент, скажем, мой бой с Конором Макгрегором, не все знали, что мы под брендом UFC деремся. Все знали о нашем противостоянии. Люди не разбирались: MMA и UFC – что это?
Промоушену нужны такие бойцы как Федя, как Хабиб, чтобы люди просыпались по утрам и смотрели. Нужно вкладываться в бойцов и их развитие. В UFC должны заниматься продвижением. А когда тебе капает по 1 млрд в год вне зависимости от успешности, будешь ли ты заниматься раскачкой бойцов? Зависит от элиты, людей, кто возглавляет UFC.
«Во Франции два бойца на всю страну: один – дагестанец, второй – африканец»
Сейчас UFC нашел партнера на следующие семь лет. Будет интерес или нет – зависит от лиги. Сколько денег UFC вложит в развитие бойцов?
Во Франции под 100 млн людей, а там два бойца на всю страну: один – дагестанец (Нассурдин Имавов), другой – африканец (Сирил Ган). UFC проводит там один турнир в год. Вложите деньги в развитие.
Не хотите в эти страны вкладывать? Англия. Не так много бойцов, пару штук. Пэдди Пимблетт и Леон Эдвардс, причем второй закончился. Был Мухаммад Мокаев, но он – дагестанец. Американский рынок – месяц назад появились два чемпиона, а до этого не было.
UFC должны сфокусироваться на странах, которые я назвал, и там выращивать чемпионов. Им нужно создавать маленькие лиги под UFC, конкуренцию, контент. Когда человек оттуда вышел, пришел в UFC, чтобы лига могла его историю использовать.
Допустим, UFC откроет филиалы, маленькие промоушены внутри Индии. Это займет пять-семь, может 10 лет. Но в 2036 году тоже нужно существовать, необходимо сейчас вложиться. В Индии звезда появилась, у UFC сразу 100 млн подписчиков.
Есть турнир UFC в Абу-Даби, там дерутся бойцы из России. За нас болеют, нас любят, но им хотелось бы своих чемпионов, бойцов уровня лучшей лиги мира. На это UFC не обращает на это внимание.
«Я никуда не смогу вернуться кроме UFC даже через 20 лет»
Бойцовский мир специфический. Развить промоушен до уровня UFC очень сложно. Одна причина: все лучшие бойцы на эксклюзивном контракте с UFC. Тот же Конор, он не может драться в другом месте. У него один бой остался по контракту.
Я не собираюсь возвращаться. Даже если вздумается. Я никуда не смогу вернуться кроме UFC даже через 20 лет. С точки зрения имиджевых прав они защищены максимально. Все мечтают подраться в UFC, и лига пользуется этим: «Мечтаешь – заходи, будет эксклюзив». Для бренда UFC это правильно.
«За пределами UFC Усман занимает первое место»
У меня было общение с Хантером Кэмпбеллом насчет PFL, если кто не в теме, то это человек, который сейчас руководит UFC. Я говорю ему, что они должны благодарить PFL за огромную работу в плане популяризации ММА.
Не все могут зайти в UFC, не у всех есть шанс. Что делать бойцам с уровнем UFC? Где им выступать? PFL дает площадку – огромное количество людей проявляют себя, зарабатывают, улучшают личный бренд.
Кто бы знал Усмана Нурмагомедова, если бы он не выступал в PFL? Он подписался в Bellator, подрался там, стал чемпионом. PFL выкупила Bellator, он и там завоевал титул. Ему дали фундамент. Усман – боец из мировой элиты.
За пределами UFC Усман занимает первое место. Площадку предоставили в PFL, за что я им сильно благодарен. Они проделывают огромную работу. Есть ребята, которых на постсоветском пространстве не знают, а в Америке они очень популярны.
«После боя с Колганом у нас будет три месяца на переговоры с PFL»
Что будет с Усманом дальше? Сейчас не могу говорить, не хотел бы из уважения к PFL. У меня с ними очень хорошие отношения.
Соперник Усмана, Арчи Колган, очень крепкий, 13-0 под эгидой PFL. Все бои провел в PFL, все выиграл. Последние 10 лет тренируется с Джастином Гейджи – действующим чемпионом UFC в легком весе. Считаю, что Колган – самый лучший и крепкий соперник Усмана в карьере. Может, еще Пол Хьюз, но бой покажет. У Арчи очень хорошая борцовская база, непобежденный, сильный, крепкая голова – никогда не роняли.
После боя c Колганом у нас будет три месяца на переговоры – август, сентябрь, октябрь. Там уже решим. Зависит от PFL – захотят отпустить или будут бороться за Усмана. PFL – организация, в которой много ребят из моего зала выросли как бойцы, как личности в последние шесть-семь лет.
«Если Мокаеву дадут шанс в UFC, он станет чемпионом»
Вижу, что сейчас появилось много успешных ударников. Считаю, что это из-за того, что стараются подписывать именно таких бойцов. В других лигах Rizin FF, ACA, PFL, там доминируют борцы. Потому что матчмейкеры в этих лигах не смотрят на стиль. Если ты хороший боец, то берут. В UFC сильный акцент на ударников при подписании.
Возьмем средний вес. Кроме Хамзата Чимаева, там нет больше борцов. 93 кг. Сколько ты борцов знаешь? В тяжелом весе – очень мало. Есть Кертис Блейдс, которого сколько раз побеждали? Нет борцов. В полусреднем весе – есть борец (Ислам Махачев), и он чемпион.
В 66 кг – есть борец, но его отодвинули и держат в стороне. Это Мовсар Евлоев. Дайте ему шанс, он всех переборет. Акцент на ударников. Медийно не интересен – мое мнение. Должны дать пояс – поборется, всех борол. В 61 кг долгое время доминировал борец, это Мераб Двалишвили, у которого счет 1-1 с Петром Яном.
Многих борцов не подписывают в UFC, они подписывают ударников. Александр Пантожа очень хорошо борется, он случайно пояс проиграл. Если Мокаеву дадут шанс в UFC, он станет чемпионом.
Мераб, Хамзат и еще пара ребят с хорошей борцовской базой проиграли, и все думают, что не работает стиль. Борьба всегда будет доминировать: ты контролируешь, где пройдет бой. Захотел – свалил, не захотел – стоишь в стойке. У меня всегда так было.
Борьба уникальна: за доли секунды принять одно решение, а приемов много. Боец только физически развит – ментально, интеллектуально.
«Профессиональный вид спорта, особенно бои – это не про здоровье»
Весогонка – это гонка вооружений. На войне все средства хороши. Тот же Шон Стрикленд. Он весит 105 кг в межсезонье, минимум – 103 кг. Гоняет в 84 кг. Ты весишь 84 кг, так выступай в своем весе. Стрикленд сгонит в 84 кг, в день боя будет весить 95 кг. Будет ему тяжело или нет – не твое дело. Есть свобода выбора.
Я весил 87 кг в межсезонье, выступал в легком весе. Всегда гонял с 87 кг. Почему? Соперники тоже гоняли, и мне приходилось. Я не любил этого делать. Когда у тебя 7% жира, а ты еще гоняешь 17 кг, а потом через 24-30 часов тебе надо драться три или пять раундов не с прохожим, а против одного из лучших бойцов мира, то это очень тяжело. Но все гоняют, и приходится принимать игру, какая есть.
Давайте останемся в своих весах! Но организация не может запретить гонять вес. В ONE Championship ввели гидратационный тест, много волокиты. Мое мнение: каждый имеет право на свой выбор. Хочет гонять 15-20 кг – это его проблема. Подписал контракт, и если что-то случится, сам выбрал.
За 40 дней я начинал скидывать вес. 100 дней подготовка. 60 дней тренируюсь в своем весе, набираю кондиции, хорошо себя чувствуешь – потом постепенно скидываю. Выступаю на 84 кг, не гоняю, и там встречаю бойца, который гоняет со 105 кг.
Я набирал 11-12 кг всегда. А ты выходишь в клетку, и там разница в 10 кг. С таким же по уровню бойцом пять раундов. Профессиональный вид спорта, особенно бои – это не про здоровье. Гонка вооружений. Всегда найдется пара человек, которые будут гонять, и тогда все будут гонять. У тебя нет выбора.
Борцовская система: утром взвешиваешься, через два часа – борешься. Если гоняешь по 15 кг, через два часа ты выйдешь на ковер мертвый. В боях: сегодня утром взвесился, завтра вечером дерешься – много времени, чтобы набрать вес.
Единственное, что можно поменять – это сделать маленький промежуток между взвешиванием и боем. Тогда сгонка прекратится, меньше будут гонять. Сейчас можешь сегодня взвеситься, завтра драться – за 30 часов набираешь 10-12 кг.
У нас бывает экстремальная сгонка: одеваешься, крутишь велик, бегаешь, бьешь лапы, скакалка, сауна. С утра скидываешь, ночью еще столько же. Выжался, взвесился и сразу восстанавливаешься. Ты выводишь воду и потом заводишь. Очень тяжело это проходит.
«Зашли в клетку, пусть до конца дерутся»
В боях так бывает: выложился пять минут, отдохнул – пришел с другим настроем. Если по справедливости – зашли, и пусть до конца дерутся, пока кто-то не выиграет. Можно сделать выставочные бои и посмотреть, насколько это интересно публике.
Много борюсь – спарринги по борьбе, грэпплинг. Беру спарринг-партнера – говорят: «Время поставь». Я: «Зачем время? Мы боремся». Я не ставлю. «До конца поборемся или когда устанешь. Или до болевого».
Беру человека на 15 минут без времени – поборемся, делаю болевые. Иногда три раунда по пять минут и минута отдыха. Пять минут защищаешься, отдохнул, еще пять, отдохнул, еще пять. Один и тот же человек, и он уже по-другому борется. Было бы интересно без передышки – до конца.
«В 2020-м я даже не начинал еще, у меня тогда не было прайма»
Люди думают, что у меня в 2018-2020 году был прайм, но у меня не было тогда его. Мне в сентябре 2020-го исполнилось 32 года, а в октябре я закончил. То есть я даже не начинал еще. Мой грэпплинг на данный момент сильно улучшился. В 2026 году он гораздо лучше, чем в 2020-м.
Я сейчас смотрю свои бои и думаю: «Как я мог здесь такую ошибку сделать?» А люди со стороны смотрят: «Вау! Вот это уровень». Но для меня это не уровень. Сейчас у меня намного лучше грэпплинг. И ребята, которые со мной боролись в 2020-м и 2026-м, это тоже подмечают.
Это потому что я после карьеры не прекращал бороться. У меня не было паузы более двух недель кроме одного раза. Был простой в два месяца, когда я сделал операцию на локоть.
Я боролся все шесть лет. Прошлую неделю я провел на ковре 170-180 минут. Это лайв-грэпплинг в течение недели, не считая других тренировок. А в среднем я борюсь 100 минут в неделю. Во время карьеры я боролся больше, у меня не бывало, чтобы я меньше 40 минут работал за тренировку.
Я физически улучшился – как забираю спину, сажусь на живот, заходы на удушающий, гильотину, треугольник. Защита от приемов, уходы. При этом я это отрабатываю не на Феде Смолове, а на тех бойцах, которые доминируют в мире. Меня спрашивают: «Не соскучился по соревнованиям?» Так у меня в зале чемпионы мира. Я приду и поработаю с ними. Это как ты пойдешь в зал, а у тебя там Мбаппе, Ямаль, Холланд.
«Такого соперника у Махачева еще не было»
Соперник Ислама – стилистически очень неудобный. Много бегает, с дистанции бьет. Такого высокого соперника не было, рост Иэна Мачадо Гэрри – 193 см. Руки длинные, ноги длинные, постоянно удары выбрасывает. Надо за ним бегать, собирать, хватать, валить. Тяжелый бой. Скоро Исламу 35 лет, а это уже серьезный возраст.
Умара, Усмана, Ислама готовлю к тяжелым поединкам и говорю, что на них настраиваются по-другому. Если бы готовились на Карлоса Пратеса или Майкла Моралеса, Ислам тренировался бы по-другому. Если ваши соперники проявят себя против вас, то автоматически становятся звездами. Бой тяжелый, если рано не финишировать. Тяжелый тренинг-кемп: надо найти такого соперника, типа Гэрри.
Когда я был бойцом, меня ничего не беспокоило. Абстрагировался. Готовился, тренировался, гонял вес, выходил. Хотел почувствовать энергетику, соперника и навязывать свой бой. Интересно: что он будет делать, как защищаться. Он не может больше меня тренироваться. Как оппонент может больше меня бороться?
«Я прожил почти 38 лет и сделал вывод, что лучшая инвестиция – в людей»
В любовные и денежные истории своих подопечных я не лезу. Не говорю, кого любить и как деньги тратить – это личные моменты.
Когда приходят с советом, то спрашиваю: «Просто кофе попить или реально есть деньги и хочешь вложить?» Два разных вопроса. В бизнесе не бывает дозволенного без рисков, всегда он должен быть. Не бывает такого, что вложил и вытащил 100% прибыли.
Бойцы выиграли, и это их деньги. В этом виде спорта ничего не зарабатываю, не получаю – ни от кого. Сам содержу зал. Стараюсь не лезть в денежную историю: «Вот деньги – работайте сами, делайте ошибки, улучшайтесь, будет опыт, тогда придете». У меня столько прогоревших проектов, без этого никак.
Куда я сейчас инвестирую? У меня есть желание инвестировать в регион. Я прожил почти 38 лет и сделал вывод, что лучшая инвестиция – в людей, не в проекты. Из 100 человек могут подняться пятеро, и они многим помогут потом.
Почти все, что вкладываю в Дагестан – благотворительность. Остальное – чуть-чуть бизнесы, и в карман я практически ничего не кладу. Есть хорошие бизнесы за пределами Дагестана, а в регионе я за свой счет строю залы в Махачкале, в горах.
Осенью закрою проект, осталось три-четыре месяца. Это огромный зал 70 на 20 метров. Все связано с единоборствами. Там могут находиться более 100 человек одновременно – спать, кушать, тренироваться, восстанавливаться в одном месте. Высота – 1200 м над уровнем моря. Одна из лучших баз в России.
1 июля ко мне приезжали 90 человек из Нижнего Новгорода. 65 спортсменов-любителей, три тренера, еще с родителями. В июле и августе у меня проведут сборы 500 человек. В прошлом году у меня прошли сборы 600 человек. В 2027-м – пройдет пара тысяч людей. Много заявок со всей России, ближнего зарубежья.
Пока немного придерживаю людей, потому что не все готово. Когда все закончим, то команда приступит к приему гостей.
